Надежда Гасанова (ngasanova) wrote,
Надежда Гасанова
ngasanova

Categories:

Автопортреты



Автопортреты

Мода! - Marie-Louise-Elisabeth Vigée-Lebrun рисует автопортреты в стиле неоклассицизма.

Marie-Louise-Elisabeth Vigée-Lebrun (1755-1842), придворную художницу французской императрицы Марии-Антуанетты,
называли «художником красоты и ее воплощением». Во времена, когда женщин-художниц не признавала Академия
художеств и открыто презирали коллеги-мужчины, хрупкая дама не только добилась успеха, но заработала своими
картинами состояние.


Автопортрет с дочерью Джулией 1789

С раннего детства дочь не слишком известного художника Луи Виже мечтала с помощью красок создать собственный
мир гармонии и красоты. Отец умер, когда Marie-Louise была подростком. Мать вскоре вышла замуж вторично,
предоставив ей учиться живописи с тем, чтобы дочь могла сама зарабатывать.
К 15 годам юная художница уже имела круг заказчиков из высшего общества, но ей хотелось большего. Ключом к
Версалю стал ее брак с торговцем произведениями искусства Жаном Батистом Лебреном. Честолюбивая девушка
трезво просчитала все выгоды этого союза и не ошиблась: муж употребил свои связи, чтобы Marie-Louise пригласили
ко двору - писать портрет королевы.
«Мария-Антуанетта была высока ростом и великолепно сложена, будучи несколько полноватой, но не чрезмерно»,
— напишет Marie-Louise о венценосной модели.

Во время сеансов молодые женщины беседовали и нашли в своих судьбах много сходного: одногодки, обе не слишком
счастливы в браке и стремятся к красоте во всех ее проявлениях. Зарождавшуюся дружбу укрепили разговоры о
нарядах, шляпках и украшениях во время совместных прогулок по окрестностям Парижа.


Marie-Louise-Elisabeth Vigée-Lebrun и ее ученица Marie Victoire Lemoine (1754–1820)

За первым заказом немедленно последовал второй, потом - третий. Этому способствовало и основное правило
Marie-Louise - молчать обо всем, что она видела или слышала во дворце.
В негласной борьбе с конкурентами Marie-Louise сделала своим оружием «комплекс услуг»: художница причесывала
заказчиц и придумывала фасоны нарядов, которые лично кроила. Постепенно она сделалась законодательницей моды.

Свободные платья, в которых они разгуливали с королевой по Трианону, отказавшись от кринолинов и фижм, и
соломенные шляпки, вытеснившие перья и драгоценности в волосах, немедленно копировались модницами.
«Моя прическа мне ничего не стоила, - писала она в одном из писем, -
я сама устраивала свои волосы, украшая их обыкновенно муслиновым платком...».
Именно мадам Vigée-Lebrun мы обязаны непреходящей модой на матросский костюм в детском и женском гардеробах.
Способствовали растущей популярности и экстрасенсорные способности художницы:
«Я редко ошибалась в своих предсказаниях» глядя на выражение лиц своих визави».
Стало легендой, как по тусклому левому глазу короля Польши она предсказала его близкую смерть.


Автопортрет 1781

Вопреки сопротивлению главы Королевской академии живописи и архитектуры, по личному распоряжению короля мадам
Vigée-Lebrun стала членом этого почтенного учреждения. Потерпев поражение в попытках доказать бездарность
художницы, недоброжелатели взялись чернить ее репутацию. Они распускали слухи о многочисленных любовниках
красавицы, одним из которых якобы был министр финансов Калонн, дававший ей десятки тысяч франков из королевской
казны только на знаменитые «греческие вечера», которые она устраивала. Кроме того, ученые мужи нанимали всякий
сброд, чтобы забрасывать нечистотами новый дом художницы. А в 1787 году в Салоне Лувра отказались выставить
написанный ею портрет Марии-Антуанетты.
Marie-Louise понимала: она - подруга ненавидимой народом австриячки, агрессия толпы растет, и взрыв неизбежен.
Портрет фаворитки французского короля Людовика XV мадам дю Барри она писала летом 1789 года под грохот пушек.
В ночь с 5 на 6 октября 1789 года, когда королевскую семью принудительно вернули в Париж, художница сочла во
благо дочери-подростка Жанны-Жюли покинуть столицу. Вместе с гувернанткой они переоделись работницами и
отправились в изгнание.


Автопортрет 1790

Все ужасы Французской революции, как это ни парадоксально звучит, принесли Marie-Louise еще большую славу.
Ее как близкую подругу мученицы-королевы Марии-Антуанетты с почетом принимали европейские монархи.
Екатерина II, люто ненавидевшая якобинцев, оказывала любезный прием изгнанникам и, в числе других, пригласила
Marie-Louise к своему двору, куда она и прибыла 25 июля 1795 года.
Во время аудиенции художница отметила чрезмерную полноту императрицы, «но еще красивое лицо, обрамленное седыми
волосами, придававшими ее облику совершенство». Государыня предложила изгнаннице поселиться в Царском Селе,
однако апартаменты во дворце не выделила. В чем Marie-Louise справедливо усматривала придворные интриги.


Автопортрет 1789

В воспоминаниях о последнем фаворите императрицы она напишет:
«Зубов меня не любил».
Marie-Louise не переносила, когда во время работы к ней приходили гости, желавшие взглянуть на ее картины,
поэтому она установила приемные часы. Ловкий царедворец туг же нажаловался императрице - мол, у госпожи
Vigée-Lebrun тоже свой двор, она, подобно своей покровительнице, дает аудиенции.
Екатерина II, не терпевшая соперничества, отомстила, разругав в письме к одному из парижских друзей работу
Vigée-Lebrun:
«Последовательница Анжелики Кауфман пробует свои кисти и начинает писать великих княжон Александру и Елену...
Госпожа художница заставляет обеих скорчиться на диване, сворачивает шею младшей, придает обеим вид мопсов,
греющихся на солнце...».



Автопортрет

Vigée-Lebrun получила звание почетного вольного общника Императорской Академии художеств и множество заказов
от царской семьи и знати. За каждый портрет (из более чем 50 написанных ею в России) художница запросила
около четырех тысяч рублей, что было по тем временам невероятно огромной суммой.

Приехав в Москву в октябре 1800 года, прагматичная дама пожаловалась графине Екатерине Строгановой на проблемы
с жильем, и графиня сразу же ответила, что у нее есть прелестный и никем не занятый дом, в котором она и
попросила свою гостью остановиться. В качестве благодарности (и сэкономив приличные деньги!) художница
написала портрет дочери Строгановой.
Пребывание Marie-Louise в России совпало с огромными историческими переменами: эпоха Екатерины II сменилась
павловской, а затем и александровской.
Ее глаз профессионала отмечал в новом императоре:
«Павел был чрезвычайно уродлив. Плоский нос и очень большой рот с очень длинными зубами делали его похожим на голову смерти».


Автопортрет с дочерью 1786

Есть легенда, что художница не справилась с поручением государя нарисовать панораму Москвы с высоты Воробьевых
гор. Якобы час она простояла в молчании, затем бросила палитру и мелодраматически произнесла: «Не смею...».

В Москве же она узнала страшные подробности гибели Павла I и заметила:
«Я твердо убеждена, что Александр ничего не знал о попытке покушения на жизнь отца».
В светских салонах ее принимали как желанную гостью.
Графиня Варвара Головина писала:
«Эта прелестная женщина блещет остроумием и различными талантами».
Однако теплый прием не помешал иностранке рассказывать позже, что придворные русские дамы оставляют драгоценности
на подоконниках распахнутых окон дворцов в полной уверенности, что от воров их оберегают Николай-угодник и Дева
Мария. О жизни же простых людей мадам Vigée-Lebrun не знала практически ничего. По ее наблюдениям, здесь
«никогда не увидишь пьяного». И с чистой совестью утверждала: русский народ трудолюбив, не ворует и мягок
нравом, а также русские «проворны, умны, познают ремесла чрезвычайно легко, многие даже добиваются успехов
в искусствах».



Автопортрет 1800

Marie-Louise все сильнее беспокоили семейные проблемы. Подросшая дочь против воли матери вышла замуж за Гаэтана
Бернара Нигриса - всего лишь секретаря директора Российских императорских театров. В знак протеста художница
уехала из страны.
За годы, проведенные в России, Vigée-Lebrun стала настолько популярна, что сам Александр Пушкин упомянул о ней
в «Пиковой даме» - в спальне старой графини Гёрманн видит
«два портрета, писанные в Париже m-me Lebrun. Один из них изображал мужчину лет сорока, румяного и полного,
в светло-зеленом мундире и со звездою, другой - молодую красавицу с орлиным носом, с зачесанными висками и с
розою в пудреных волосах».

К началу 1830-х годов Marie-Louise отходит от живописи и погружается в мир прошлого, создавая мемуары.
Не доверяя будущим биографам, она составила список собственных работ и включила туда 662 портрета, 15 картин
исторического и аллегорического содержания и около 200 пейзажей.

«Все, что я пережила, убеждает меня в том, что мое единственное счастье заключено в живописи»,
- подытожит Marie-Louise-Elisabeth Vigée-Lebrun свою долгую жизнь.

Источник: rexstar.ru
Tags: автопортрет, художник Vigée-Lebrun
Subscribe

  • На арктическом севере России

    ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ЧАСТЬ ВТОРАЯ ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ Пираты Мамонтов - золотая лихорадка. ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ Повреждение Разоренный ландшафт -…

  • На арктическом севере России

    ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ЧАСТЬ ВТОРАЯ Пираты Мамонтов - золотая лихорадка. ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ Жизнь Большинство мужчин здесь проводят все лето вдали…

  • На арктическом севере России

    ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Пираты Мамонтов - золотая лихорадка. ЧАСТЬ ВТОРАЯ Деньги Этот 65-килограммовый бивень, сфотографированный через…

Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments