?

Log in

No account? Create an account

ngasanova

Вспомнить, подумать...


ngasanova

Тайны времени.

Известный ученый Альберт Иозефович Вейник по специальности теплофизик. На его счету более 20 книг, около 50 изобретений, принесших стране немалый экономический эффект. А в свободное от основных трудов время он разрабатывает... новую теорию мира. Нынешняя, как считает ученый, достаточно несовершенна и не объясняет множество наблюдаемых человеком явлений. К примеру, он не согласен, что Вселенная расширяется, а галактики разбегаются, что путешествия во времени невозможны, а скорость не может быть больше световой.

Более всего ученого волнует феномен времени. Вопреки всем, Вейник считает, что время – это реальная индивидуальная характеристика любого живого и неживого тела, подобно температуре, давлению, весу, и оно должно по этой причине поддаваться управлению. Исследования ученых подтверждают, что во время сна в организме человека тормозится темп процессов, для него как бы замедляется время. Подобные явления можно наблюдать у медведей, впадающих в спячку, или у рыб.

Альберт Иозефович предполагает, что у Земли помимо воздушной есть ещё вторая, хрональная (от греческого «хронос» – время), атмосфера, и именно она обеспечивает информационную связь всего со всем. Очень похоже на теорию В. Вернадского о существовании ноосферы. Именно наличием хрональной атмосферы объясняет Вейник факты чувствительности многих людей к различным природным катаклизмам, космическим излучениям, магнитным бурям. Более того, ведь уже зафиксированы такие явления, когда на одном конце планеты произведен мощный взрыв, а у человека за тысячи километров начинает раскалываться голова.
Солнце, объясняет ученый, непрерывно посылает на Землю хрональные излучения. Во время солнечных катаклизмов их поток слишком велик, и он вызывает головные боли, бессонницу, повышение давления, влияет на рост числа дорожно-транспортных происшествий.

Есть сооружения, в которых время весьма предметно меняет свой привычный ход. Это всем известные пирамиды. Ученые помещали в пирамиды обычные часы и фиксировали изменение времени. Но что там пирамиды, когда сам человек обладает удивительным механизмом, управляющим ходом собственного, индивидуального, времени. А вот при резких сбоях этого механизма наступает летаргический сон или, наоборот, преждевременное старение. Есть очень много тому подтверждений. Бразильская певица М. Сантос, получив травму мозга в автомобильной катастрофе, погрузилась в летаргический сон и спала целых семь лет. В 1967 году женщина проснулась. За это время её органы и она сама совершенно не состарились.

А бывает наоборот, когда время несется для человека стрелой. В мире известно более 1000 случаев, когда рождаются дети и начинают стариться с катастрофической быстротой. В Китае родился мальчик, у которого процесс старения начался в годовалом возрасте – появились морщины на лице, выпадали волосы и только что появившиеся зубы. В возрасте шести лет он весил всего пять килограммов! А его сестра умерла в возрасте девяти лет и выглядела как старуха.
У каждого из нас есть свое, индивидуальное, время. Психологи установили, что люди редко совпадают со своими паспортными годами. Одни чувствуют себя моложе, другие – старше.
А одногодки часто выглядят совершенно по-разному: в тридцать лет одному можно дать двадцать пять, а другому – все сорок. Вывод вполне закономерен: каждый из нас живет в своем, особом, времени. И старится в соответствии с ним: один быстрее, другой медленнее.
Затем вы, наверное, замечали, что некоторые люди с трудом расстаются с какими-то старыми вещами, верят, что, только сидя на этом стуле и за этим конкретным столом, они могут продуктивно работать. Что именно какая-то пустяковая вещица приносит им счастье. Мнительность? Нет, просто эти предметы несут в себе соответствующий хрональный заряд, и он оказывает на человека благотворное влияние.

Если взглянуть на проблему более широко, то, используя хрональные излучения, люди смогут в недалеком будущем обмениваться информацией даже с другими цивилизациями и быть свидетелями того, что происходит в самых далеких точках Вселенной. Во Франции ученый Жак Равантин уже создал хрональные генераторы, воздействую которыми на биополе растений, удалось ускорить их рост и созревание почти в десять раз. Данные этого ученого во многом совпадают с экспериментами Вейника.
Естественная переменность индивидуального времени человека уже содержит в себе идею некой «машины времени». Благодаря возможности управлять ходом времени нетрудно создать подобную машину. Правда, не совсем такую, о которой мечтали в свое время писатели-фантасты. Если в аппарате ускорить время, то возможно получать информацию из будущего, а если замедлить, то из прошлого.
Вейник объясняет, что согласно закону сохранения количества вещества хрональные излучения сохраняются вечно. Иными словами, всё, что когда-то существовало в мире: люди, растения, животные, сооружения, пирамиды, корабли, - оставило о себе следы в виде невидимых излучений. Надо только научиться эту информацию считывать. И тогда по излучениям можно судить, например, о подлинности художественных полотен. Такие опыты проводятся уже в настоящее время. Ведь излучения, как и отпечатки пальцев, сугубо индивидуальны, и подделать их невозможно.
А в скором будущем, убежден А.И. Вейник, мы будем общаться друг с другом, используя хрональные поля. Подумали о ком-то – и он на другом конце земного шара тут же уловил нашу мысль и ответил. С помощью специальных устройств точно так же можно будет воспринимать изображения. Скажем, вам захотелось посмотреть испанскую корриду. Щелкнули кнопкой, усилили свой биопотенциал – и с помощью хронального поля мозг тут же начал принимать эти изображения.

Фантастика? Но ведь нас не удивляет, что, к примеру, астрофизики судят о процессах, происходивших в глубинах Вселенной миллиарды лет назад, по невидимым глазу мельчайшим частицам. А разве не заманчиво, овладев тайной считки этой информации, узнать, о чем думал Пушкин, сочиняя «Евгения Онегина», или о чем размышлял Наполеон перед Бородинской битвой? Всё это будет возможно, если человек научится управлять своим хрональным полем.

Абрамова Татьяна. «Семь дней», 2000, октябрь

Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.

ngasanova

Как отнестись к возможности соединить науку и религию?

Приведу вкратце логику рассуждений П. Тейяра де Шардена.
По его мнению, конфликт между религией и наукой должен решаться не путем подавления одной из участниц конфликта, не путем сохранения двойственности, а путем синтеза» . Тейяр де Шарден считает, что двухвековая история страстной борьбы между наукой и религией доказывает не правоту одной из них, а то, что «они не могут развиваться нормально одна без другой...». Наука и религия имеют один и тот же корень и «одушевлены одной и той же жизнью». Необходимость религии проистекает, согласно этой логике, из того, что «ни в своем порыве, ни в своих истолкованиях наука не может выйти за пределы самой себя, не окрашиваясь мистикой и не заражаясь верой» .
Поэтому, когда мы «рассматриваем, как в развивающемся универсуме, который мы только что начали постигать, временные и пространственные ряды расходятся и развертываются вокруг и позади нас, подобно конусу, то, может быть, это чистая наука. Но когда мы поворачиваемся к вершине и целостности их будущности, то это уже поневоле религия» ]. Вывод, к которому приходит Тейяр де Шарден, логичен: «Религия и наука - две неразрывно связанные стороны, или фазы, одного и того же полного акта познания, который только один смог бы охватить прошлое и будущее эволюции, чтобы их рассмотреть, измерить и завершить» .

К мысли о возможности взаимодополнения науки и религии приходят и другие известные ученые, особенно физики. Примечательна в этой связи позиция американского физика Ч. Таунса, получившего Нобелевскую премию за создание квантовых генераторов и усилителей. По его мнению, «различия между наукой и религией в значительной степени поверхностны и становятся почти неразличимыми, если рассматривать истинный характер той и другой» . Для доказательства этого тезиса Таунс ссылается на историю физики вообще и крах лапласовского детерминизма в частности. Он пишет: «Современная наука отклонила мышление от полного детерминизма, направив его к миру, где важную роль играет случайность» . Именно онтологизация случайности, по мнению не только Таунса, но и ряда других известных ученых, научно доказывает неизбежность и правомерность религиозного видения мира. Еще в период бурных обсуждений философской сути новых квантовомеханических представлений знаменитый английский астрофизик А. Эддингтон в книге «Природа физического мира», анализируя философско-мировоззренческие следствия квантовой механики вообще и соотношения неопределенности в частности, сделал потрясшее многих заявление: «Религия впервые стала возможной для разумного ученого после 1927 года» . Близкую позицию разделял и известный немецкий физик, один из основоположников квантовой механики, П. Иордан.

Таунс, в отличие от Эддингтона и Иордана, не ограничивает «эмпирическую базу» необходимости переосмысления места религии в рационалистическом мире достижениями квантово-механической физики, хотя и опирается на них. Согласно Таунсу, наука и религия едины и в том, что исходят из нескольких предположений, которые принимаются как аксиомы не на основе знания, а на основе веры. Таковы предположения о существовании объективной и единственной в своем роде реальности, о наличии в этой реальности порядка и закономерности, возможности познания сложившегося порядка человеком. При этом Таунс, опираясь на теорему Геделя о неполноте, считает, что упомянутые предположения являют собой аксиомы, которые логически ниоткуда не выводятся и рационально недоказуемы. Их приходится принимать на веру. Таким образом, по своим исходным принципам наука и религия оказываются не столь радикально различающимися. Их несравнимости и противоположности проистекают «из различий в языке, а многие - из количественных различий науки и религии» .

Делокаров К.Х. : http://ons.gfns.net/1996/1/02.htm

ngasanova

Оноре Домье: "Бремя женщины больше, чем средний человек мог терпеть"

Оноре́ Викторе́н Домье́ (фр. Honoré Victorin Daumier; 1808—1879) — французский художник-график, живописец и скульптор, крупнейший мастер политической карикатуры XIX века.



Здесь я хочу рассказать об одной из серий Оноре Домье: "Бремя женщины больше, чем средний человек мог терпеть"

Read more...Collapse )