?

Log in

No account? Create an account

ngasanova

Вспомнить, подумать...


Previous Entry Share Flag Next Entry
ngasanova

МАРЛЕН ДЮМА

Марлен Дюма (Marlene Dumas, 1953, Кейп-Таун, Южная Африка, в 1976 переехала в Голландию, живет и работает в Амстердаме) — современная голландская художница южноафриканского происхождения.




Она своя в скандальном мире современного искусства. И при этом чуть ли не самый известный в мире художник, занимающийся акварелью.



Человеческая фигура, ню, портрет — классический репертуар — главные сюжеты чувственных и жестких работ Марлен Дюма.




Дюма родилась в Кейптауне (ЮАР) и получила художественное образование в местном университете. В 1976м она переехала в Нидерланды, где продолжила свое обучение в гарлемских Ateliers’63. С 1980х годов начинается ее активная выставочная деятельность, и вместе с ней приходит мировая известность. Дюма выставлялась в Центре Помпиду, Галерее Тейт, Институте современного искусства в Бостоне, участвовала в Венецианской биеннале.




И вот уже четверть века, с тех пор как зритель и специалисты заметили Дюма и ее работы, техника письма водяными красками у этой художницы остаются неизменными. Она предпочитает листы больших форматов и письмо «по мокрому», герои Марлен Дюма — в основном девочки и женщины.




Эта голландская художница практически не пишет с натуры: парадокс для традиционного фигуративиста, но типичный случай для героя contemporary art. Большинство ее произведений базируется на фотографиях, взятых из газет и журналов или снятых самой Марлен на поляроид. Странно, но ее не волнует, кто запечатлен на снимке, известная фотомодель или какой-нибудь классический живописный персонаж.




В лицах героинь Дюма можно (правда, с большим трудом) узнать и Мэй Уэст, и Наоми Кэмпбелл, и Олимпию с картины Эдуарда Мане — все они волею автора утратили свое «я» и стали для нее всего лишь исходным художественным материалом. Она использует эти образы, как бы изобретая их заново, предлагая им новую жизнь.




Но в отличие от стилистики многих современных фотореалистов ее визуальность ни в коем случае не воссоздает академически идеальную натуру, а, как раз напротив, стремится выявить все ее визуальные изъяны. Создавая подобные «second hand depictions», Дюма как бы приглашает нас освободиться от связанных с тем или иным лицом с обложки или картины цепи ассоциаций, и по большому счету — забыть об иллюзиях в искусстве, а заодно и в жизни.




Картины и рисунки Дюма обычно выглядят вызывающе — во многом благодаря сюжетам, вернее их трактовке. Некоторые из них как бы опираются на евангельские темы: Саломея с головой Иоанна Крестителя, Иуда, Мария Магдалина и т. д. Однако художница создает эти образы, привнося в них чувственно-преступную ноту, и они раздражают нас тем больше, чем безобразней и испорченней кажутся созданные ею в нежном материале их отталкивающие характеры.




Жуткие, искореженные лица, тревожные цветовые сочетания, наркотическая ломка форм. «Ничего святого» не видит Дюма и в детях, даже в младенцах. Стоит только взглянуть на работы ее серии «Воспоминания о беременности», куда вошли изображения детей как отвратительных и опухших злобных пупсов, синюшных, самодовольных паразитов, и становится по-настоящему жутко. Своего ребенка художница тоже не пожалела, запечатлев и его в виде неприглядного монстра.




Провокативность присуща всему творчеству Дюма, хотя задуманного эффекта она добивается минимальными, и прежде всего техническими, средствами. Распухшие губы, темные слипающиеся веки, зверские оскалы, смоляные волосы — ее эстетика узнаваема, лица — ужасны.




В одном образе Дюма соединяет несколько возможных его интерпретаций — так считает большинство пишущих о ней критиков. С этим соглашается и она сама. Художественная манера Дюма, которая может показаться небрежной, на самом деле очень тонко и продуманно организована.




Абстрактные пятна краски плавно перетекают в четко определенные объемы, эскизность отдельных частей фигуры сменяется подробной проработкой остальных. Плавучая подвижность фигур и лиц, хотя и дышит тупым и тоскливым сексуальным чувством, максимально выразительна.




В них более всего ощущается холодно-сонная, вязкая и гибельная половая стихия — как будто автор самым садистским образом препарирует свое женское нутро, выявляя в нем наиболее темные и отталкивающие свойства женской натуры. (Иначе откуда такое знание предмета?)




Героини Дюма одновременно напоминают томных, одуревших от страсти sexy crazy и страшных бледных мертвецов с провалившимися в темноту глазницами. Источая плотоядную силу, эти мерзкие валькирии или девочки-звери запугают любого своей схожестью с фантастическими упырями.




Дюма обожает самые «модные» темы современного искусства: феминизм и гендерную проблематику в целом, эрос и танатос, вопрос о национальной самоидентификации… Обладая внешностью типичной белокурой бестии, художница тем не менее с успехом разыгрывает и другую выигрышную карту — свою мифическую связь с «черным континентом» (Дюма провела в Африке первую половину жизни).




Настаивая на своем «экзотическом» происхождении, она подкрепляет свою риторику об африканских корнях работой, в которой изобразила себя негритянкой. И, как ей кажется, именно эта часть ее природы — древняя африканская кровь, негритянские культы и чуть ли не духи вуду, говорящие в ней, — делает ее искусство таким глубоким и сложным, таким вечным и таким contemporary. Актуальные художники любят представлять себя носителями тайного знания, и в ряду наиболее успешных из них — Аниш Капур, Ширин Нешат — Дюма чувствует себя вполне комфортно.




Но все же не стоит видеть в ее неоэкспрессионистических образах какую-то запредельную мудрость: если концепция шагов творца легко прочитывается, становится скучно. То, в чем Дюма действительно сильна, это точное, хотя и неожиданное применение ею техники, в котором образ и материал играют друг с другом на равных. Акварель она использует мастерски, ее работы «по мокрому» ничем не уступают аналогичным произведениям Эмиля Нольде, легендарного классика этого акварельного приема.




К тому же особенно ловко художница включает в акварельные композиции элементы, нарисованные черной тушью. Тушь, по структуре более однородная, чем неизбежно кристаллизующаяся краска, легко вступает с последней в дерзкое сочетание — особенно на мокрой бумаге, образуя эффектные, глубокие и темные пятна-тени причудливой формы (серия «Female»). В серии работ, посвященных амстердамскому кварталу «красных фонарей», черные включения с разных сторон подкрадываются к обнаженным фигурам, придавая им лихорадочно-трагический характер.




Дюма не мыслит света без мрака и страдания. Ее мир — амбивалентная реальность, соединившая в себе социальные и сексуальные роли, эротический экстаз и черное бешенство мира, в котором торжествует депрессия — основное состояние произведений Дюма, их душа.

Источник : http://kotlomanov.herbarium-art.ru/txt/txt7.htm


Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.

  • 1
позитивная барышня)

Попыталась тоже увидеть плюсы, но мурашки по спине от созерцания её творчества не уходят(

  • 1